Это продолжение статьи про социальное программирование.

Вопрос подписчика: «Правда ли что все проблемы из детства и, если да, почему»?

На самом деле, вопрос не совсем верный. Я решил написать статью, чтобы полностью раскрыть тему.

Итак, «Как создаются поведенческие стратегии»

Дело в том, что то, что сейчас мы называем «проблемы» — это жизненные обстоятельства, которые созданы нашим действием или бездействием.

Например, если мы чрезмерно много работаем, то, возможно, это потому что при принятии решений не оцениваем свои возможности и желания, перед тем, как сказать «да» на очередной заказ или поручение. Или потому, что нам в принципе сложно говорить «нет» руководителям или заказчикам.

Такие шаблоны поведения опираются на схемы принятия решений. А те — на поведенческие стратегии. Которые когда-то давно помогали нам приспосабливаться к условиям нашей жизни и были адаптивны, а сейчас — адаптивными быть перестали.

Они были нами заимствованы в том контексте и в то время, когда они действительно помогали удовлетворять потребности. Отсюда и название — адаптивные, то есть, помогающие адаптироваться.

Почему я пишу об этом? Потому что стресс и вообще неприятные эмоции мы испытываем, когда эти стратегии теряют силу и эффективность. И когда не удовлетворяются наши потребности.

Во-первых, усвоим главное: на выживание влияет удовлетворение и неудовлетворение потребностей. Никто не сомневается, что если человек не будет долгое время пить, то он помрет. Есть не менее важные потребности, не связанные с очевидными действиями, такими же, как питье, еда, дыхание и безопасность тела.

Например, это свобода. Не зря же в человеческом обществе принято наказывать лишением свободы. Потребность в принадлежности, любви, признании, принятии. То есть, целый набор важных потребностей, связанных с социумом. Затем более понятные для нас потребности в сексе, рождении детей и продолжении рода. Потребность в уважении и занятии достойного места в иерархии.

Перечислять можно долго, но подробно их детализировать сейчас нет смысла. Главное запомнить, что потребности, связанные с обществом, с социумом, с другими людьми, которые почему-то для нас значимы и важны — имеют на нас огромное влияние.

Чтобы понять это вспомните, как неприятно переживается, когда тебя не принимают в компанию. Например, в детстве переезжаешь или переходишь в другую школу. И там уже есть свои компании, которым ты не особо нужен. А тебе хочется с ними общаться, одному неинтересно, скучно, может даже страшно. И когда хочешь с ними общаться, они могут сначала сопротивляться тому, чтобы принять новичка. Ведь все новое и чужое — угроза. Поэтому, будут сопротивляться, как могут. Например, насмехаться.

Теперь вспомните, как было неприятно, когда отказывают на собеседовании. Или когда увольняют. А как неприятно, когда отказывает тот или та, за кем ухаживаешь!

Теперь чуть лучше стало понятно, насколько социум для нас значим? Ведь удовлетворение всех наших потребностей зависит от того принимают ли нас. Это обобщается в потребность в принятии.

А теперь подумайте, если компания в школе или во дворе, HR менеджер или потенциальный клиент одним словом может доставить столь неприятные переживания, что говорить о тех, кто для нас невероятно значим? И сейчас я вовсе не о девушках и юношах романтического периода (хотя и они могут тоже наследить по-крупному). Я о родителях.

Ребенок не только хочет быть принятым. Он хочет быть любимым. И еще сильнее, он хочет любить своих родителей. Для него невероятно важно выражать любовь, так, как он это может, как знает, как у него получается. И в ответ получать сигнал, который скажет: «Привет, мы тут! Мы тебе рады! Ты один из нас и мы тебя любим! Ты принят!».

Какой это может быть сигнал? В первую очередь — время и внимание. То, проводит ли родитель время с ребенком, оказывает ли он ему внимание. В той мере, в которой это необходимо для удовлетворения потребностей. И как родители и другие взрослые реагируют на желания. Но мир-то не идеален. И люди тоже.

И так получается, что не все желания окружающие реагируют с пониманием. Не всегда они говорят: «ты хочешь новую игрушку, это понятно и нормально. Но сейчас у нас нет времени (денег, желания) ее покупать тебе, поэтому пожалуйста, научись ждать». Часто могут сказать: «Сколько можно хотеть! Капризный и разбалованный ребенок!». И не признать право иметь те желания, что есть (подробнее про принятие и уважение желаний — во второй части статьи).

А теперь переходим к адаптивности.

Как мы понимаем, в порядке ли потребности? Ощущения показывает насколько наши потребности закрыты или требуют удовлетворения. Когда хочется пить, есть жажда. Если ее не удовлетворять, она займет все сознание. Нам будет плохо, ничего кроме воды на ум приходить не будет.

С экзистенциальными потребностями картина примерно та же. Только, в отличие от воды/еды никто нас не учит распознавать оттенки ощущений и понимать, что же мне хочется. Кстати, в этом и лежит одна из проблем пищевого поведения. Но вернемся.

Можно просто сказать — если потребность не удовлетворена, нам не комфортно. Внутри появляется неприятное ощущение, оно не дает покоя. Человек пытается что-то сделать, чтобы от него избавиться. Он пытается адаптироваться.

Для чего? Чтобы получить недостающий ресурс, удовлетворяющий потребность. Например, позитивное внимание.

Кейс 1.

 

Родители приходят домой поздно, уставшие и раздраженные. Ребенок слышит от них что-то приятное и получает внимание только если предварительно что-то сделал по дому.

Ребенку, чтобы чувствовать себя нормально, нужно позитивное внимание родителей и время с ними. Он это получает только ЕСЛИ что-то сделает. Так появляется адаптивная стратегия. Простое условие «если-то».

В этих условиях она позволяет адаптироваться и удовлетворить потребность. Но как только меняется социум и условия, стратегия оказывается либо ненужной (ему могут давать внимание и просто так). Либо вредной — внимание не дают ни просто так, ни в ответ на полезные действия, а вместо того, чтобы уйти из такого окружения, человек раз за разом использует неэффективный шаблон поведения.

Например, чтобы влиться в компанию, я стараюсь угодить ей, поделиться карманными деньгами, купить всем выпить (если уж же постарше), регулярно приглашать к себе тусить. И может так случится, что когда я перестану так делать, ребята перестанут меня звать…

В момент, когда стратегия не работает — сильные и неприятные переживания. Чем не стресс.

Кейс 2.

Родители в целом холодно относятся к ребенку. Проявляют внимание и одобрение только если он показывает значительные успехи. Например, побеждает на олимпиадах, соревнованиях.

С высокой вероятностью во взрослой жизни получим человека, который зациклен на достижениях. Он (или она), как одержимый стремиться к новым вершинам. Стать лучшим в профессии бессонными ночами? Сделал, теперь — создать бизнес. Заработал денег, теперь надо пробежать марафон. Марафон пробежал, теперь с парашютом прыгнуть. С парашютом прыгнул — благотворительное общество создать. Создал — теперь на Эверест взойти. И так далее.

Все, что мешает доказывать себе, что он самый-самый — нафиг. Почему так? Да потому что для него риск оказаться не первым — это риск страшного одиночества маленького мальчика или девочки, которому дико пусто и холодно, потому что если он сейчас не победит, то родителям такой не нужен.

Беда в том, что в реальной жизни не всегда возможны победы. И бизнес не всегда удается построить. И в профессии лучшим стать. И марафон пробежать. Это постоянный стресс. А во время постоянных и интенсивных попыток близкие люди, которым не уделяли внимания, а иногда и оскорбляли, уходят. Все это стресс невероятный.

 

Кейс 3.

Родители все всегда прощают, во всех неудачах обвиняют других. Для ребенка слова ответственность нет. В этом случае потребности всегда удовлетворяются. Что не соответствует реальной жизни. В итоге человек вырабатывает неадекватные стратегии поведения.

Например, такой человек может не держать обещаний. Брать обязательства и не делать. Все равно ведь прощают.

 

Резюмируем.

У каждого есть потребности. То, как они удовлетворены или не удовлетворены влияет на самочувствие. Если не удовлетворены — нам некомфортно. Удовлетворены — хорошо.

Чтобы удовлетворить потребности мы пробуем различные варианты поведения. Иногда сами находим нужный. Иногда нам прямо говорят, что нужно делать.

Как только поведение приводит к удовлетворению потребности, оно закрепляется. Так создается шаблон поведения. Их можно назвать «поведенческими стратегиями».

Для человека огромное значение имеют потребности, связанные с социумом. Все они, в общем, связаны с тем, чтобы а) быть частью нескольких групп людей и б) в этой группе пользоваться уважением и признанием себя, как полноправного члена. Главной группой, к которой важнее всего принадлежать — семья (мама и папа), затем родня (бабушки, дедушки, сиблинги, дяди, тети и т.д.). В этой группе есть отдельная потребность — любить своих родителей и иметь возможность выражать им это в ответ.

Мир не идеален и полное удовлетворение потребностей невозможно. Какие-то всегда будут неудовлетворены. Чтобы это скомпенсировать человек изобретает адаптивное поведение.

Которое становится неактуальным, когда ребенок начинает жить взрослой жизнью и меняет контекст. Тогда его поведенческие стратегии, которые раньше были адаптивны, становятся скорее вредны. Потому что именно они и создают те сложности и проблемы, с которыми мы сталкиваемся уже во взрослом возрасте.